Димку – так, ничего особенного, про настроение, про «как дела» и про учёбу в школе. Димке почему-то казалось, что глаза у них какие-то виноватые, как будто они с ним раньше поссорились, а теперь пытаются снова помириться… Как-то раз дядя Андрей принёс в подарок просто нереально крутой танковый бой – в классе у ребят такого точно ни у кого не было. Димка сказал «спасибо» и «мне очень нравится», и даже немного поиграл с дядей Андреем – вообще говоря, играть совсем не хотелось, но мальчик понимал, что иначе взрослому будет обидно… Наконец, загнав свой танк под диван и отложив в сторону пульт, Димка спросил:
– Дядя Андрей, а Вы можете подарить мне пистолет?
Мама пошевелилась, сидя в кресле. Мужчина тоже выключил свой пульт от танка и серьёзно ответил:
– Дим Димыч, пистолет – штука непростая, и детям как бы не положена. Зачем она тебе?
Димка отвернулся к стене, поковырял пальцем обои, а потом сказал совсем тихо:
– Тогда я бы нашел тех, которые убили папу, и застрелил…
Дядя Андрей почему-то смутился, потом встал, смешно опустился на четвереньки и полез, как мальчишка, доставать Димкин танк из-под дивана. Затем поднялся, подошел к столу, аккуратно поставил на него оба танка – так, что стволы их пушек смотрели друг на друга. Наконец, повернулся в сторону окна, и ответил, как бы ни к кому не обращаясь:
– Тварей этих мы отыщем, брат. Надо будет – не только застрелим, а даже хуже… А про пистолет я с ребятами подумаю, если мама, конечно, не будет против.
Мама почему-то тоже отвернулась и посмотрела в окно:
– Мама будет против. Только разве вы, мальчишки, слушаете маму, если речь идёт о пистолетах?
Пистолет Димка получил в подарок на следующей неделе. Пневматический, для спортивной стрельбы, но совсем-совсем как настоящий «Макаров». Тяжёлый, железный, с обоймой, которая вставляется в рукоятку. А с ним – мишень с пулеуловителем, тоже из металла. Только вместо патронов – пластмассовые шарики.
Мама сказала:
– Давай договоримся так: шариками стрелять в мишень будешь только если я дома и рядом. А чтобы просто играть – играй сколько хочешь, но обойму я буду вынимать и прятать. Не обидишься?
Димка вздохнул и согласился. Без обоймы пистолет был не таким тяжелым и казался ненастоящим – но мальчик углядел у мамы небольшую пластмассовую коробочку, которую выпросил и тут же набил гайками от конструктора. Коробочка влезла в рукоятку пистолета, будто там и была – и оружие обрело вес, и снова стало оттягивать руки, как боевое. Весь вечер Димка носил пистолет при себе, а вечером затащил в кровать, сунул под подушку и крепко обхватил руками.
Раньше Димка спал в пижаме с нарисованными велосипедами и английскими буквами. Только на днях мама перебирала в шкафу вещи, а Димка просто сидел на стуле и смотрел. Ни гулять, ни играть, ни глядеть телевизор совсем не хотелось. Мама выдвинула очередной ящик и достала оттуда футболку. Огромную, камуфляжную, с волчонком Забивакой на груди.
– Мам! Это же папина футболка? – спросил Димка.
Мама кивнула и положила футболку на тумбочку. Достала другую, двухцветную, с гербом команды «Реал Мадрид». Вздохнула.
– Папа так любил яркие футболки с надписями и картинками… – задумчиво сказала она. – Ещё с училища. Я всегда ему такие покупала… А теперь… Надо будет у ребят спросить, может кому-то нужны. Отдадим.
Димка слез со стула и взял в руки футболку с волком.
– Мам, не надо, не отдавай! – сказал он. – Я их себе возьму.
– Но зачем они тебе, мой хороший? Ты же в такой утонешь! – мама слабо улыбнулась.
Будто в подтверждение её слов Димка неуклюже натянул на себя футболку – она повисла на нём, как мешок. Рукава доходили до самых локтей, а подол оказался чуть выше колен. Димка бережно погладил картинку с волчонком.
– Ну и что! Разве ты не понимаешь? Они же папины, не надо их никому отдавать! Ну и что, что утону? Я… Я в них спать буду! Можно?
Решение пришло мгновенно и как бы из ниоткуда. Мама не стала спорить – стопка папиных футболок перекочевала в Димкин шкафчик, и он стал надевать их на ночь вместо пижамы. Вот и сегодня вечером Димка заснул в длинной камуфляжной футболке с волком Забивакой, крепко вцепившись ладошками в подаренный пистолет под подушкой.
Серо-коричневый восковой мир, полный грусти и горя, исчез. Над головой сияло давно забытое ослепительно голубое небо без единого облачка. Трава была изумрудно-зелёной, яркой, как будто недавно вымытой дождиком, и повсюду светились медово-жёлтые одуванчики. Димка огляделся. Он стоял босиком на опушке соснового леса, но было совсем не холодно, только травинки приятно щекотали ноги. Стрекотали кузнечики, где-то далеко закуковала кукушка. Воздух пах цветами, хвоей, сосновыми шишками и чем-то ещё – от чудесного аромата у Димки даже слегка закружилась голова.
Неожиданно послышалось довольно громкое гудение, как от трансформаторной будки. Мальчик повернул голову и от удивления только раскрыл рот. Невысоко над одуванчиками и травой летел Шмель – да какой! Огромный и пушистый, размером с хороший батон хлеба или даже чуть больше, но совершенно нестрашный. Мальчик отчего-то засмеялся и подумал, что этого Шмеля можно догнать и погладить, совсем как щенка, даже вытянул руку перед собой и уже собирался побежать. Однако Шмель и сам заметил Димку, повернул и решительно направился в его сторону. Подлетев довольно близко, он завис в воздухе. Вдруг один из одуванчиков начал расти, расти – пока не стал шириной с колесо от велосипеда; Шмель элегантно приземлился в самый центр одуванчика, смахнул с перламутровых крылышек невидимую пылинку, шаркнул ножкой и поклонился:
– Добрый день, уважаемый Витязь!
– Кто? – спросил Димка шепотом.
Гигантский одуванчик снова начал менять форму – в несколько секунд он превратился в удобное кресло с подлокотниками, в котором и расположился Шмель.
– Чудесная погода, не правда ли? – заметил он.
– Хорошая. – согласился Димка. – А кто такой Витя?
– У меня прекрасное зрение, – казалось, Шмель даже немного обиделся, – и если я вижу в нашем лесу Витязя, то значит, это он, то есть Вы, и есть!
– Меня Дима зовут, – ответил Димка, – и совсем никакой я не «Витя»!
– Ну, если Вам не нравится слово «витязь», пускай будет «рыцарь», «воин» или «богатырь» – не суть важно. Важно то, что Вы – профессиональный борец со злом, а именно это нам сейчас и требуется. Собственно говоря, мы Вас уже давно ждём и разыскиваем, и мне было чрезвычайно приятно поприветствовать Вас первым.
Димка совершенно растерялся.
– Вы меня, наверное, с кем-то спутали. Я во второй класс хожу, а в музыкальной школе – в третий. И я не богатырь и не борец, а просто Дима.
Шмель пожал плечами.
– Если у кого-то есть клюв и перья, то этот кто-то – птица. Если есть прозрачные крылышки и пушистое брюшко с полосками, – тут он довольно погладил себя по тому самому брюшку, – то это шмель, в смысле я. А если мне встречается некто, одетый в доспехи и с оружием в руках, то это Витязь, и никак иначе быть не может!
Только теперь Димка обратил внимание на то, что в правой руке у него зажат пистолет – тот самый спортивный «Макаров», который подарил ему дядя Андрей. Значит, Шмель решил, что это настоящее оружие? А про какие доспехи он говорит? Мальчик оглядел себя и даже пощупал руками – нет, он стоит босиком, в одной ночной папиной футболке до коленок… Только…
– Ой! – выдохнул Димка удивлённо. – А где же Забивака?
Картинки с волчонком на груди не было, вся майка была чисто камуфляжной, без рисунка или единой буковки.
– Последний раз я видел его сегодня по дороге на речку, он собирался купаться – ответил Шмель. – А Вы знакомы с Забивакой?
– Я не… – начал Димка, потом спохватился: – Этого не может быть, Забивака – он же просто картинка! Он на футболке был нарисованный! А футболка эта папина, это папа в полиции воевал с разными бандитами, а совсем не я… И вообще это удивительно…
Шмель ухмыльнулся:
– Знаете, если Забиваке сказать, что он «просто картинка», он может даже обидеться. Какая же он картинка? Самый обыкновенный волчонок, воспитанный и вежливый,
